[indent] Неведомо, что крылось за неразборчивым мычанием аристократа, но наёмнице пришлось за единственный ориентир выбрать факт, что драконид её не оттолкнул. Тут надо отметить, что у него не было особого выбора, но всё равно появлялась надежда, что недоверие и презрение к ней слабее нежелания стать жертвой неверных подчинённых. Впрочем, и тут Ксанатос находит способ проявить своё отношение, не желая принимать помощь в попытке забраться на коня. Иникс такое понимает и принимает, хоть и не может нервно не дёргать хвостом из-за опасений, что недоброжелатели могут вернуться, но тогда возможности дать отпор уже не будет.
[indent] На самом деле не совсем понимает, а что им делать, ведь её возможности крайне ограничены, но сейчас на первый план ставит их побег, после которого можно будет подумать и над дальнейшими действиями. Только вот состояние Рейнхарта говорило о том, что думать ей придётся одной.
[indent] Не будь на ней ответственности за чужую жизнь, так свалилась бы с коня в тот момент, когда тот сделал бы первый шаг. Мало того, что не уверена в своих действиях, так ещё нельзя было позволить упасть аристократу, иначе выражение «упасть в грязь лицом» приобрело бы вполне себе прямой смысл. Мысленно рисует в голове план ближайших территорий и, выстроив по ней маршрут, устремляется прочь, лишь в последний раз взглянув через плечо, проверяя факт погони.
[indent] К тому моменту, когда они добираются до окраины небольшого леса, Хвост уже не чувствует ног, но как в компенсацию имеет зародившийся в голове план. Очевидно, что не имеет нужных зелий и точно не способна приготовить их сама, чтобы помочь Ксанатосу пережить последствия отравления. На самом деле, основная проблема заключалась именно в предполагаемой погоне. К сожалению, наёмница подставила себя, ведь сейчас довольно легко именно её обвинить в нападении на аристократа и его похищении. А единственный, кто может эту идею опровергнуть, сам по себе нуждается в защите. Стоит понимать, что злоумышленники скорее всего будут пытаться довести задачу до конца, ведь в ином случае позднее их план будет реализовать почти невозможно. В общем, необходимо спрятаться, но в том месте, где будет доступ к лекарствам, ведь Иникс не была уверена, что может целиком и полностью положиться на драконидскую регенерацию. И пусть идея изначально покажется абсурдной, но в качестве убежища наёмница выбирает Маринфол.
[indent] Спускаясь с коня, старается придерживать аристократа, чтобы тот не скатился вместе с ней вниз. Понимала, что животному следует отдохнуть, но сама не была уверена в своих сила, и что сможет в текущем состоянии затащить огромного драконида в седло, ведь сама едва ощущает землю, а ко всему ослаблена действием противоядия. Смотрит на небо, примерно оценивая время до рассвета и давая внутреннему путеводителю право на ошибку в расчёте времени их пути. Перед воротами города они должны появиться утром, чтобы не сойти за грабителей, но при этом избежать лишнего внимания со стороны зевак.
[indent] Копается в собственной сумке, пока не выуживает из неё приличных размеров склянку – ещё одна вещь, с которой придётся распрощаться навсегда. Необходимо понимать, что внешность у неё из-за цвета волос слишком приметная, а почти лежащий на коне драконид лишь усиливал их примечательные признаки. Ещё во времена, когда она прибывала в наёмничьем отряде, их алхимик сделал хитрое средство, которое на время помогало изменить цвет чешуи и волос. К сожалению, того оставалось всего на несколько раз, а теперь и на один вовсе, ведь маскировать придётся двоих. Правда в ней было сильно неподдельное любопытство по поводу влияния на золотую чешую драконида, так как она могла предсказать реакцию лишь собственных волос и чешуи. С тем Иникс нельзя осудить за чуть хищное выражение лица в момент, когда она принялась втирать вещество в хвост Ксанотоса…
[indent] Странники – обычное дело для крупных городов, а с тем пара драконидов, показавшаяся рано утром в городе не могла вызывать сильного удивления. Конечно, некоторые обращали внимание на то, что чешуя и волосы девушки были совершенно белыми, когда у мужчины, наоборот, абсолютно чёрными. Благо, что Иникс быстро придумала, как использовать влияние средства на Рейнхарта. Она не старалась обойти стражу, скорее шла к ним навстречу, готовясь поведать неприятную историю.
[indent] Война закончилась совсем недавно, так что жители Аркадии, которые и до этого не были приветливы к демонам, очевидно не успели поменять своих взглядов, а в слепой ненависти ничего не стоит попутать драконида со слишком темной чешуёй с представителем другой расы. Так и предполагаемые разбойники, бродившие по торговым тропам, проявили необычайное рвение против того, кто слишком напоминает демона. Когда наёмница ведает о своей печали, то постоянной сжимает руку аристократа, давая другим как бы случайно заметить парные украшения на пальцах, дабы защитить себя от подозрений о вранье. И в своих речах она сокрушается именно о муже, с которым они прошли не одну дорогу, но совершенно не ожидали такой ненависти. Когда о таком рассказывает белоснежная драконица, цветом чешуи и волос отсылающая к ангельской крови, слушателям невольно становится стыдно за собственных соплеменников, а с тем они проявляют большое рвение в желании помочь. Хвост старается запечатлеться в их памяти, оставить там настолько яркую историю о женатой паре драконидов, странствующих по миру, чтобы стража даже не подумала о Ксанатосе и Иникс, когда (и если) случится расспрос об аристократе и наёмнице.
[indent] По наводке она быстро находит подходящий дом, который получается снять на месяц, обычно тот сдают относительно обеспеченным странствующим торговцам, но вне сезонов жилище оказалось свободным, так что оставалось лишь радоваться первой удаче за эти два дня. Очень тяжело расставаться с деньгами, ведь из-за нехватки собственных средств пришлось воспользоваться теми самыми сбережениями уничтоженного отряда. Но был ли толк думать о мертвецах, когда можно помочь живым?..
[indent] Самыми тяжёлыми были первые дни. Иникс боялась оставить Рейнхарта даже на час, а с тем не могла позволить себе даже нормальный сон, постоянно просыпаясь, чтобы прислушаться к дыханию аристократа. Пока ещё волосы и чешуя оставались белыми, она посетила местных торговцев, отдав большую часть сбережений за различные лекарства, травы и еду. Первых пришлось покупать больше нужного, ведь допускать врача к Ксанатосу было нельзя – любой слух мог дать наводку врагам. Выдохнула лишь в тот момент, когда стало понятно, что пострадавшему теперь поможет лишь сон.
[indent] Никогда не переживала так о собственных ранах, но всю возможную для себя заботливость посвятила тому единственному дракониду, который навсегда поселился в её сердце. Забавно, но ей пришлось преодолевать стыд, освобождая аристократа от грязной и порванной одежды, без неё же наблюдая его в последствии. Бывало, что сидела с ним, рассказывая всякие чудные истории лишь из-за того, что единственный слушатель никогда их не вспомнит. Какие-то сказки из своего недавнего детства, перемешанные с безумными фантазиями и реальными историями прошлого. Сама спала днём, ведь так привыкла и в это время суток меньше всего ждала нападения, риск которого никуда не исчезал. Но дни сменяли друг друга в атмосфере непривычного наёмнице спокойствия.
[indent] Обычно засыпала на ближайшем кресле, но как-то раз за очередным рассказом так и провалилась в сон подле Рейнхарта, инстинктивно прижавшись в дракониду и не желая того отпускать. И хорошо, что речь про несколько часов, ведь останься с ним так на целую ночь, то даже под страхом смерти не смогла бы уже от него уйти. За свою моментную слабость было безумно стыдно и в желании ту подавить следующим днём выгребла остатки средства, чтобы снова выйти в город. Необходимо было пополнить запасы еды, лекарств и купить одежду взамен той, которая была на Ксанатосев момент нападения. Купив всё запланированное, Иникс, подумав некоторое время, приобрела ещё карту и набор для письма, над которыми просидела следующие несколько дней.
[indent] Ей были известны признаки скорого пробуждения, так что за день до этого подготовила все необходимые вещи, отвары, которые пила и сама в подобных ситуациях. Никуда не денешься, но последствия долгого сна не всегда были приятны, но нужные смеси могли если не убрать их, так минимизировать. Даже приготовила возможность принять ванну (сама была грешна, что часто пользовалась этой возможностью дома, ведь привычные походные условия не были благосклонны к подобным процедурам). Только вот было невыносимо страшно, ведь реакция аристократа на наёмницу может быть совершенно любой, и, возможно, крайне агрессивной. На задворках сознания даже гуляла идея, согласно которой Хвост оставит письмо и уйдёт до пробуждения, дабы не испытать на себе чужой гнев. Даже начала писать, но сейчас от того остался лишь пепел, ведь не смогла бросить Рейнхарта – слишком беспокоилась.
[indent] Так она и свернулась в своём кресле, по привычке обняв себя за хвост и прислушиваясь к дыханию драконида, пока сама не провалилась в сон или, как часто бывало, в объятия своих кошмаров.
- Подпись автора
Tendere de fumo ad flammam
![https://forumupload.ru/uploads/0019/d5/79/63/517190.png](https://forumupload.ru/uploads/0019/d5/79/63/517190.png)